Шел по городу Волшебник

Ремейк фантастической повести Юрия Томина 1963 г.

Дверь Толику открыла мама, ничего хорошего в этом не было. Он думал, что мама уже ушла на работу. Она возвратится вечером. А вечером можно было лечь спать пораньше. Никто не станет будить единственного сына, чтобы выругать его за утренние дела.

— Так… — сказала мама.

Мамино «так» тоже не предвещало ничего хорошего.

Толик молча шмыгнул мимо нее в ванную. Там он открыл сначала горячую, потом холодную воду, потом сделал среднюю и долго мыл руки. Мама стояла в дверях ванной и молча наблюдала за Толиком. Пришлось мыть и лицо. С мылом. Но мама не уходила. Тогда Толик стал чистить зубы. И тут мама не выдержала.

— Ты где был? — грозно спросила мама.

— У гр р р… бул… кр р л… — ответил Толик, не вынимая изо рта зубную щетку.

— Положи щетку.

Толик вынул щетку и набрал в рот воды.

— Ты где был? — снова спросила мама.

— Очень холодная вода, — сказал Толик и пустил погорячее.

— Я спрашиваю: ты где был?

— Я? — сказал Толик.

Мама взяла с вешалки полотенце, вытерла Толику рот и вытолкнула его из ванной.

Толик хотел удрать в комнату, но мама взяла его за шиворот, вытащила на кухню и усадила на табуретку. Перед Толиком стояла тарелка остывшего супа. Толик быстро схватился за ложку, надеясь оттянуть расплату.

— Не смей есть! — сказала мама.

— А я как раз не хочу есть, — тонким голосом отозвался Толик. — Знаешь, мама, у меня аппетита нет.

— Я тебе покажу «не хочу»! Ешь немедленно! Толик быстро запустил ложку в суп. Но мама быстро поняла свою оплошность.

— Положи ложку! Отвечай, где был.

— Знаешь, мама, — сказал Толик, — я по улице шел, а там такое большое движение…

— Я опоздала на работу, — сказала мама. — Я все время стояла у окна. Я думала, ты попал под автобус.

— Это не я попал, а Рысаков. Но ты не бойся, его отвезли в больницу.

— Я боюсь, что ты растешь бессовестным негодяем, — сказала мама, и в глазах ее появились слезы.

Теперь Толику на самом деле расхотелось есть. Он очень не любил, если мама плакала. Тогда он просто не знал, что делать. Ему было жалко на нее смотреть. И хотелось убежать из дому, чтобы не видеть, как она плачет. Но сейчас убежать было невозможно.

Толик посопел, повздыхал и принялся утешать маму.

— А знаешь, чего я на улице видел! — сказал он. — Там на улице один дяденька купил сардельки. Толстый такой. А один мальчик украл у него сардельку и побежал.

А милиционер за ним погнался. И я тоже погнался. Я его первый догнал. А милиционер сказал мне «спасибо» и записал адрес, чтобы позвонить в школу. Этого милиционера преступники ранили. А я…

Но мама не дала Толику рассказать про преступников. И хотя слезы на ее глазах исчезли, легче от этого не стало.

— Замолчи, врун, — сурово сказала мама. — Почему то ни с кем другим ничего не случается. Только у тебя все время какие то преступники. Мне давно надоело твое вранье. Три дня не пойдешь на улицу!

Толик беспокойно завозился на стуле. Конечно, он виноват. Расстроил маму. Но три дня — это уж слишком. На три дня она, пожалуй, не наплакала.

А мама в это время пристально посмотрела на ноги Толика. Толик тоже посмотрел, но ничего особенного не увидел. Впрочем, и мама не увидела. Она услышала. Просто удивительно, до чего у всех мам чуткие уши. Кроме того, у них ловкие руки. Как у фокусников. В одну секунду рука мамы оказалась в кармане брюк Толика и вытащила коробок со спичками.

— Толик, ты куришь! — с ужасом сказала мама. Толик взглянул на коробок. Он совсем забыл про него, как только мама заплакала. И в ту же секунду Толик понял, что надо делать.

Он выхватил коробок из маминых рук, бросился в ванную и сломал спичку.

Когда Толик вернулся в кухню, мама встретила его радостной улыбкой. Она обняла Толика, погладила его по голове и поцеловала в щеку.

— Славный ты у меня мальчик, — сказала она.

— Угу, — ответил Толик.

— Как ты ловко выхватил коробок, — сказала мама. — Я так обрадовалась. Ты просто настоящий спортсмен.

— Мама, ты на работу пойдешь? — спросил Толик.

— Нет, мальчик, сегодня не пойду. Как же я могу пойти на работу, если тебе нужно погреть суп? Ты ведь устал, бедный, на четвертый этаж поднимался с этим батоном.

А я, глупая, сама не догадалась сходить. А батон то тебе дали какой грязный! Я сейчас сбегаю за новым.

— Не надо, мама. Я сам его испачкал. Я этим батоном в футбол играл, — сказал Толик, решив до конца выяснить могущество коробка.

— Батоном? В футбол? — спросила мама и засмеялась счастливым смехом. Смотри, какой молодец! Я догадалась: у тебя не было мяча и ты играл батоном. Я всегда говорила, что ты сообразительный ребенок. Но я куплю тебе мяч. Может быть, тебе иногда захочется поиграть мячом. Только ты не думай, что я тебя заставляю играть мячом. Если хочешь, играй батоном.

— Купи два мяча. И канадскую клюшку. И две шайбы, — сказал Толик.

— Обязательно, — сказала мама.

Между тем ловкие мамины руки делали все, что нужно, и вскоре перед Толиком появился подогретый суп, второе и даже банка консервированных ананасов, которые берегли к празднику.

Мама села напротив Толика и с доброй улыбкой наблюдала за тем, как он вылавливает пальцами кружочки ананасов.

— А почему ты не ешь суп и второе? — озабоченно спросила мама.

— Не хочу.

— Правильно, — сказала мама. — Всегда нужно делать только то, что тебе хочется.

Толик доел ананасы и сунул руку в карман — проверить, на месте ли коробок. Мама внимательно за ним следила. Она услышала бряканье спичек и тяжело вздохнула.

— Когда я увидела спички, Толик, — сказала мама, — я очень расстроилась. Я сразу догадалась, что ты начал курить. И я расстроилась потому, что во всех магазинах висят эти глупые объявления: «Детям до шестнадцати лет табачные изделия не отпускаются». А ведь тебе всего одиннадцать. Это просто ужасно, что ты не можешь купить себе папирос. Я теперь сама буду для тебя покупать.

Толик посмотрел на маму. Может быть, она все-таки шутит? Чего чего, а уж курить Толика не заставишь. Подумаешь, удовольствие — дышать всяким дурацким дымом!

Но мама, кажется, не шутила. Ее доброе лицо просто светилось от удовольствия, что она видит Толика и разговаривает с ним. Сейчас она была готова выполнить любое желание сына. И Толик подумал, что если он вдруг поцелует маму, то она снова заплачет, но на этот раз уже от радости. А если он…? Только сейчас Толик понял какой властью он обладает. Понял и ... растерялся. А какие мысли могут быть в голове у пацана вступившего в пору полового созревания!

Прошлым летом Толик почти месяц кантовался у маминой сестры, тети Люси, на даче. В комнате, где он спал, на подоконнике лежала потрепанная книжка. « Молодая гвардия» Фадеева. Толик, в принципе, не очень любил читать. Да, и героическая судьба молодогвардейцев его не особо волновала. Но по вечерам делать было нечего и Толик как-то её пролистал и наткнулся на один любопытный и взволновавший его момент. Некая девушка Валя Филатова по приказу немцев является для регистрации на биржу. Потом ее должны были отправить в Германию. …Молчаливая очередь, в основном из женщин и девушек…. Из кабинета выходит молодая женщина с покрасневшим лицом. На ходу застегивает кофточку на груди…. Валя отчаянно волнуется и боится… В кабинете ей сходу приказывают раздеться… Валя, плача от стыда и унижения, начинает раздеваться, путаясь в белье… Немецкий офицер, видя растерянность этой русской девушки, помогает ей....Валя остается в одних туфлях.. Офицер ощупывает у нее плечи, бедра…

Толик в тот вечер снова и снова перечитывал этот отрывок, представляя себя на месте этого немца. Как клево, вот так, никого не боясь и не стесняясь приказать молоденькой девушке или женщине постарше раздеться догола, зная, что она не посмеет ослушаться. Видеть как она стыдливо краснеет...... Знать, что ты можешь делать с ней все, что захочешь. Толик, насилуя свое воображение, тщетно пытался представить как он " помогает русской девушке", но его познания в том как выглядит женщина без одежды были весьма скудные. Его мама, которая сейчас сидела напротив и сложив руки перед собой как прилежная ученица, была довольно стеснительной и фактически ни разу Толик не видел ее не то, что голой, но даже в нижнем белье.

Позже Толик в отсутствие мамы, очень осторожно, как разведчик, изучил ее шкаф. Если лифчики и комбинации не были для него открытием, то наличие у мамы десятка трусов в виде таких штанишек с резинками внизу несколько его озадачили. Но больше его впечатлили и распалили воображение пояса для поддержки чулков. Широковатые, простроченные, с длинными пажами. Уже тогда Толик сообразил, что женщины одевают их под трусы. Что касается анатомии, то его дружок, Мишка Павлов, рассказывая как он подглядывал за своей мамой в ванной, утверждал, что у нее внизу живота были густые и курчавые волосы. Собственно из-за этих волос Витька больше ничего и не увидел. Помог случай. Как-то с полгода назад они с мамой ходили в гости к ее подруге тете Жанне, которая была детским доктором. Маме и тете Жанне надо было пошушукаться и Толика отправили в другую комнату. Там на полках стояли книги, в том числе и медицинские. Короче, Толик в течение получаса по анатомическому атласу изучал строение женских половых органов. Узнал: место где у женщин растут эти волосы называется лобком; имеются большие и малые наружные половые губы; под ними, если их раздвинуть, влагалище – это куда ебут и откуда рождаются, и дырочка откуда женщины писают. Тут же, ниже, находилась задняя дырочка, которая красиво называлась – анус.

Вся эта дополнительная информация позволила Толику в дальнейшем дрочить более эффективно. А пристрастие к онанизму у Толика проявилось как раз после « Молодой гвардии». Сеансы были не очень частые, быстро заканчивались мимолетным, но сладостным чувством облегчения и выделением небольшого количества студенистой жидкости.

И вот сейчас Толик не знал как поступить. Он не был еще до конца уверен, что все ЭТО правда, а не мамин розыгрыш. Надо было ее как-то проверить.

- Мам, а ты меня сегодня за что-то ругала?

На лице мамы отобразился неподдельный испуг.

- Нет, нет Толик, тебе показалось! Мне и в голову такое не могло придти!

Толик осмелел. Он протянул руку через стол и потрепал маму по пухлой щеке, как барин свою крепостную девку. И, о чудо, мама начала быстро-быстро целовать его ладонь. Это было все! Толика буквально захлестнула душная сладостная волна осознания и предвкушения того, что очень скоро его «дорогая мамуля», выполняя его, Толика, приказ, будет раздеваться перед ним. Но он не торопился. Выяснилось, что ему нравится видеть и ощущать как мама пресмыкается перед ним. Толик взял маму за подбородок и слегка сдавил ее щеки, как любят делать взрослые, когда хотят что-то внушить совсем маленьким детям. Мама замерла и теперь с пугливым обожанием смотрела на Толика.

- Мама, ты же у меня послушная девочка? Не будешь меня огорчать?

- Да, сынок, Я все сделаю как ты скажешь!... Вот и сейчас я хочу сделать что-нибудь для тебя приятное, но не знаю что!

Тут Толику пришла в голову одна идея. Совсем недавно, от взрослых парней во дворе, он узнал , что очень кайфово когда девки отсасывают у тебя. Отсосать - объяснили парни- это когда женщина берет в рот половой член мужчины, проще говоря - хуй, сосут и лижут его. Особым шиком считается спустить ей прямо в рот и заставить глотать. Вспомнив это, Толик зажал двумя пальцами маме ее длинноватый нос, отчего мама, естественно приоткрыла рот.

- Мама, у меня пальцы липкие после ананасов. Обсоси их, пожалуйста – и, отпустив мамин нос, подсунул под него два своих пальца. Вернее выставил их специально на расстоянии, чтобы маме надо было за ними тянутся.

Мама, лучезарно улыбнувшись, подалась вперед и осторожно взяла в рот пальцы Толика. Старательно втягивая щечки, начала их сосать. Толик почувствовал сладостную ломоту в яйцах. И тут же подумал: что если бы его член был побольше, как у взрослого? Так в чем же дело! У него же есть спички!

- Ну, ладно, мама. Хорошо! Ты прирожденная сосательница! Прибери здесь со стола, но из кухни не уходи пока я не приду. Я ненадолго.

Толик вновь заперся в ванной, хотя это было уже лишнее. Без ЕГО приказа мама не выйдет с кухни. С минуту подумав, он четко произнес вслух:

- Хочу , чтобы у меня стал половой член и яйца как у взрослого - и сломал спичку.

Он специально по-научному обозвал свое хозяйство, боясь, что ТАМ могут не понять.

И в ту же секунду внизу живота его резко дернулось и он ощутил, что в трусах ему стало тесно. Толик осторожно заглянул туда и…обомлел! Теперь низ его живота украшала густая кучерявая поросль. Его жалкий писюн превратился в мясистую сардельку с такой немного заостренной головкой. Он осторожно потрогал его и его ХУЙ слегка шевельнулся как какой-то зверь, который просыпается. Толик натянул штаны. Ну, вот! Теперь можно возвращаться к маме. Идя на кухню Толик понял, что с такими яйцами в его мальчиковых трусах не совсем комфортно. Мама уже домыла посуду и вытирала мокрые руки. Одета она была в светлую кофточку и серую юбку, на ногах - капроновые чулки коричневого цвета. Так обычно она одевалась на работу. Работала мама Толика в каком-то НИИ.

- Как ты быстро, Толик, я еле успела.

- Мама, ты ведь сегодня уже на работу не пойдешь? А, тебе за это ничего не будет?

- Ах, Толик, какой ты у меня умный и заботливый. Все помнишь! Конечно, я сейчас позвоню и отпрошусь на сегодня. Можно я прямо сейчас позвоню?

- Конечно, позвони. Только я хотел спросить у тебя кое-что.

- Конечно, мой дорогой, спрашивай.

- Вот, мама, у тебя на ногах чулки?

- Да, Толик, капроновые. Недавно купила

- А как они держатся и вниз не скатываются?

Мама заулыбалась. Вернее она и не переставала улыбаться.

- Какой ты у меня любознательный! Для того, чтобы чулки не падали и обтягивали ноги, я одеваю специальный пояс с пажами - ну, это такие длинные резинки с замочками - за них цепляются чулки и поэтому не падают.

- Ладно, мама, ты хорошо все объясняешь. Иди позвони. А потом, тебе ведь надо будет переодется во что-нибудь домашнее. Если на работу не пойдешь! Только долго лясы не точи, я буду ждать в твоей комнате.

Мама действительно говорила недолго. Войдя в свою спальню, она вновь приобняла Толика и поцеловала в щеку. Она была выше Толика на полголовы и при этом слегка наклонилась. Толик ощутил приятный запах духов.

- Я так тебя люблю, Толик! Даже незнаю, чтобы для тебя сделала! - еще раз повторилась мама.

- Мам, у нас в классе один пацан рассказывал, как подсматривал за своей мамой, когда она переодевается. Ну, просто ему вдруг захотелось. Так вот, его мама заметила и сильно ругалась. Я думаю, она была неправа.

- Ну, конечно! У твоего мальчика какая-то неправильная и глупая мама. Подумаешь, цаца какая! Неужели она не понимает, что ее сыну интересно посмотреть как она выглядит без платья.

Самое удивительное было то, что Толику не хотелось немедленно заставить маму раздеться. Его забавляло как мама во всем с ним соглашается. Да и торопится было некуда. Суббота . Завтра в школу не идти.

- Ну - да, он и говорил, что ему было интересно как у его мамы чулки держатся... Давай-ка начнем переодеваться.

- Как скажешь, мой славный.

Мама, с неизменной мягкой улыбкой на лице, подошла к шкафу, раскрыла его. Начала расстегивать на груди кофточку. Толик велел ей развернутся к нему лицом. Он стоял совсем рядом с ней. И тут-то испытал необыкновенный кайф.

Он, пацан, никого не боясь и не прячась, разглядывает как перед ним начинает раздеваться 33-летняя женщина, его мамуля. Почувствовал как в плавках становится тесновато. Заметил, что мамины щечки слегка зарумянились.

- Мам, а ...тебе не стыдно, вот так, раздеваться передо мной?

- Нет, нет, Толик. Просто немного неловко. Я ведь первый раз это делаю - она уже сняла и аккуратно повесила в шкаф кофточку и юбку - Толик, а комбинацию тоже снять?

Толик не сразу понял, что эта белая шелковая длинная майка на маме обзывается комбинацией. После секундного замешательства кивнул головой. Мама снимала ее через голову и взору Толика открывалась постепенно восхитительная картина.

Вообще-то у мамы Толика была не совсем обычная внешность и фигура. Лицо с немного удлиненным подбородком и крупноватый нос не являлись эталоном женской красоты. Коричневые с рыжинкой, слегка мелковьющиеся волосы мама убирала с боков за уши, а спереди подвивала. Прическа получалась, как носили лет десять назад. Худощавые плечи, вероятно из-за роста, который казался ей слишком высоким, мама сутулила. Груди не очень большие. Но зато ниже пояса все было очень даже ничего. Сейчас на маме были те самые штанишки. Белого цвета и, похоже, тоже шелковые. Из-под штанишек, выглядывали пажи, которые удерживали чулки на середине бедер. Необычность маминой фигуры была в том, что в отличие от худощавого верха, ниже пояса все было весьма и весьма развито. Толик буквально залюбовался, как штанишки обтягивают соблазнительно выпуклый мамин животик и роскошные покатые бедра. Рельефно выделялся пресловутый пояс. Ниже, в области маминого лобка, угадывалось наличие густой "шерстки", еще ниже - белый шелк плотно облегал довольно крупные и соблазнительно пухлые образования, которые, если верить учебнику анатомии, назывались большие половые губы. На картинке они были не такими большими как у мамы.

- Мам, ты, говорила, что хотела сделать для меня что-нибудь приятное, только не знала что?

- Да, Толик.

- А, мне кажется, что сейчас ты знаешь, что надо сделать! Ну-ка, подумай хорошенько!

Секунд пять мама растерянно смотрела на него. Толик уже решил, что ей надо все конкретно говорить. Но, вдруг мама вновь радостно заулыбалась и, заведя руки за спину, расстегнула лифчик. Привычным движением спустила бретельки с худощавых плечей и обнажила перед сыном свои не очень большие грудки. Толик поощрительно потрепал маму по румяной щечке.

- Умница, мамусик!

Толик нарочито грубовато, неторопливо, потискал мамины груди. Они у мамы уже заметно отвисали. но были еще достаточно упруги. Хотя Толику пока не с чем было сравнивать.

- Мам, тебе нравиться как я твои титьки щупаю?

- Да, да, мой дорогой, ты так ловко с ними обращаешься!

Толик не ожидал, что его упражнения с мамиными грудями будут столь приятны. Он крепко сжимал их, разводил в стороны. Взявшись пальцами за вишенки сосков, приподнял мамины грудки и довольно чувствительно сдавил их.

- А, так?

Мама чуть-чуть скривилась такой легкой гримасой боли, но тут же вновь заулыбалась.

- Немного больно, но так даже приятнее.

Интересно! Надо будет потом, не сегодня, выяснить, когда теперешней маме бывает только больно!

Толик почувствовал, что его члену в трусах стало совсем тесно и оставил мамины груди в покое.

- А ты, мамусик, еще девочка хоть куда! А, тут у нас что?

Толик оттянул резинку маминых штанишек на себя и вниз, и заглянул туда. Да, картинка – подумал Толик – любящий сын заглядывает маме в трусики! Мельком взглянув на маму, он заметил, что она еще больше покраснела, услужливо улыбалась. Полюбовавшись несколько секунд видом густых, более темных, чем на голове, слегка вьющихся волос, Толик сел на стул, велел маме снять штанишки и подойти к нему. Та шустро выполнила его приказание. Толик погладил у нее выпирающий из-под пояса животик, сместил руку ниже и, раздвинув волосы, еще раз подивился размеру маминых половых губ. Волосы на них росли не так густо.

- Так, ножки расставь по шире и животик подтяни.

Мама обеими руками приподняла нависающий животик и расставила ноги. Слегка вздрогнула, когда Толик, сначала сжал двумя пальцами, затем, как створки раковины, аккуратно раздвинул большие половые губы. Толик хотел было продолжить знакомство с маминой пизденкой, но неослабевающее напряжение в своих мудях подсказало ему, что поиграть с мамой в доктора лучше в более спокойной обстановке.

- Пизденка у тебя, мама, такая интересная. Давай-ка, повернись.

Пояс и два длинных пажа, как рамка картину, очень даже симпатично обрамляли мамину попку. Под руками Толика пышные ягодицы податливо раздвинулись. Любуясь аккуратным, как у девочки, отверстием ануса, Толик сказал:

- Мам, а тебе никогда в попку не баловались?

- Нет, Толик, как-то не случилось.

- А, еще я слышал, что хорошие мамы любят отсосать хуй у своих сыновей. Ну, если тем захочется.

- Да, золотой мой, я тоже слышала. Но... но я ни разу еще этого не делала. Но, вот, если ты будешь мне подсказывать, то я постараюсь!

- Ну, тогда мамусик, иди почисти зубы и рот пополощи. Только быстро.

Мама чуть ли не бегом поскакала в ванную. Толик снял штаны и плавки. Вновь подивился на свое "обновленное" орудие. Мама действительно вернулась быстро и изумленно уставилась на член Толика.

- КАКОЙ У ТЕБЯ БОЛЬШОЙ!!!.... Толик, подскажи с чего мне начать.

- Так, мам, становимся на колени. Так, умница. Одной рукой очень нежно массируй мои яйца, другой - так же нежно берешься за хуй и направляешь его в свой ротик .Для начала хорошенько, не торопясь, оближи залупу. И смотреть на меня!

Вот это кайф! Толик, жмурясь и постанывая от небывалого наслаждения, созерцал как мама, почти не отрываясь, испуганно-преданно смотрит на Толика снизу в верх, старательно облизывает головку члена и весьма искусно играет его мошонкой. Подождав, пока залупа была облизана мамой раз двадцать, Толик двумя пальцами, как за столом на кухне, зажал ей нос. Мама, понятно, тут же открыла рот. Толик сам направил член в ей в рот. Мама сразу начала сосредоточенно сосать, забавно надувая и втягивая щеки, которые вскоре стали совсем пунцовыми. Толик хотел сказать маме, чтобы она взяла член поглубже, но тут понял, что сейчас все закончится. То, что он испытал СЕЙЧАС было запредельно фантастично. Он перестал ощущать руки-ноги и все свое тело, кроме собственных яиц и члена. Причем, член, в мгновенье оргазма, представился ему чем-то вроде трубы, по которой упруго промчалась его семенная жидкость прямо маме в рот. Мама выпучила глаза, щеки максимально надулись, с уголков рта начала стекать ей на подбородок спущенка Толика.

- Ну, мамусик, глотаем, глотаем!

С чувством «глубокого удовлетворения» Толик наблюдал, как мама судорожно глотает его сперму. Ухватив ее за волосы на голове, начал так неторопливо насаживать ее на свой, уже слабеющий член. Поглубже! Поглубже!

Мама давилась, похрипывала, на глазах выступили слезы. Но она не делала малейшей попытки прекратить это!

Как ВСЕ КЛЕВО! Вот так, смотреть сверху вниз на свою маму, которая стоит перед тобой на коленях и держит во рту твой половой член. Подбородок и все вокруг ее рта измазано твоей спущенкой. Лепота!

Толик, ощущая невероятно сладостную расслабуху, вынул изо рта мамы свое, уже совсем расслабленное, достоинство.

- Ну, для первого раза неплохо. Только глотала неважно. Вся измазалась.

- Толик, прости! Я ведь в первый раз! Но, если ты разрешишь мне отсасывать у тебя почаще, то я быстро научусь все делать аккуратнее. Знаешь, дорогой, так приятно было ощущать твой член во рту. Такой большой, горячий!... Толик, а можно мне кое-что предложить?

- Да? Ну, валяй.

- Я как-то подслушала, случайно, разговор двух женщин. Одна из них, которая постарше, говорила другой, что у нее муж был значительно ее моложе. И она боялась, что он ее бросит. Так вот, чтобы этого не случилась, она каждый день тоже брала у него в рот, но, при этом, приноровилась вылизывать и обсасывать у него яички и попу. Тому это жутко нравилось и он ее не бросал. Я уже жалею, что не догадалась этого сделать. Если хочешь, давай сегодня попробуем? Ну, когда ...ты отдохнешь.

Толик удивился маминой инициативе. Ну-ну!

- Да, идея неплохая. И ты права! Постели-ка мне на своем диване. Теперь я тут буду спать! Ну, и ты, если хорошо будешь себя вести; форма одежды, до особого моего указания, - голышом и сверху халатик; я подремлю, а потом? Мама, а как называется доктор, который вам пизденки лечит?

- Гинеколог.

- А, ты давно у него была?

- Два месяца назад. У нас ведь каждый год профосмотр и обязательно гинеколог осматривает. Только ты, Толик, не волнуйся. У меня никаких женских болезней нету.

- Ну, вот и хорошо, потом и поиграем с тобой в гинеколога.

Тут мама замялась, Она по-прежнему стояла перед Толиком на коленях и смотрела на него снизу вверх.

- Сынок, тогда можно я схожу в аптеку? Гинеколог всегда одевает перчатки, когда нас осматривает. Такие специальные, резиновые. Тебе будет удобно.

- Сходи, сходи, а теперь-ка стели постельку. МЫ изволим отдыхать!

Вид голой мамы, суетливо застилающей чистым бельем свой диван, вновь вызвал шевеление его хозяйства, но Толик предпочел не торопится и вздремнуть.

---

Толик спал часа полтора. Открыв глаза, он увидел, что мама сидит тут же на стуле и терпеливо дожидается его пробуждения.

- Как спалось, Толик? Хочешь, я тебе кофе сварю? А, пока ты будешь его пить, я все подготовлю. Я все уже продумала.

- На счет чего продумала, мам?

- Ну, ты же хотел поиграть в гинеколога. Ну вот, у гинеколога в кабинете стоит специальное кресло с подпорками для ног. У нас такого кресла нет, но я застелю простынкой большой стол и улягусь на него, раздвину ноги и буду их руками поддерживать. И тебе будет очень удобно.

Кофе был отменным. Они с мамой оба любили кофе. Допивая, Толик услышал как мама двигает в большой комнате стол. Вскоре она позвала его. На ней был совсем новый цветастый халатик чуть выше колен. Толик после сна, памятуя о тесноте, одел только просторные спортивные трусы, ну и майку. Все-таки доктору неприлично быть без штанов. Мама протянула Толику пару резиновых перчаток белесого цвета.

- Вот. Толик, держи. Да, я еще хотела сказать: гинеколог во время осмотра обязательно еще и проверяет попу. Ну, пальчиком. Ну, я и, пока ты отдыхал, сделала себе клизмочку. Так, что попа у меня чистая.

Толик искренне удивился. Мама как-будто угадывала его мысли. Пока он натягивал перчатки, мама скинула халат, уселась на стол, откинулась на спину и тут же подтянула бедра к животу и развела их.

Расправляя перчатки, они пришлись впору и приятно холодили ладони, Толик развлекся тем, что заставлял маму подтягивать бедра еще больше на себя, несколько раз сдвинуть и раздвинуть их, любуясь как живописно изменяется картинка маминой промежности. Надо же, подумал Толик, волосики, две пухлые складки и забавная дырочка, а как волнительно на это смотреть!

- Ну-ка, ножки еще пошире. Вот так, хорошо. Я вижу, тебе нравится показывать мне свою пизденку. Нравится?

- Да, дорогой мой, очень-очень нравится!

- Что нравится?

- Нравится показывать тебе свою…свою пизденку!

Толик неспешно ощупал у мамы волосистый, оказавшийся таким пухлым, лобок.

- Мама, когда последний раз тебя ебли?

- Да, уже лет шесть назад. Как мы развелись с твоим отцом.

Толик усмехнулся. Вспоминая картинку из учебника анатомии, раздвинул наружные половые губы и довольно быстро определил, где у мамы главное отверстие. Слегка проник пальцем во внутрь.

- Мам, сюда вас, сучек, ебут? А, как это по-научному называется?

- Это – влагалище, еще можно называть вагиной.

- ВАГИНА! Красиво!

В самом верху, там, где губы соединялись и были прикрыты кучерявыми волосами, Толик обнаружил небольшой мясистый бугорок. Ощупывая его, заметил, как мама совсем раскраснелась и слегка задвигала попой.

- Ой, Толик, это ты трогаешь клитор. Запомни, любимый, любая женщина с радостью ляжет под тебя, если ты помассируешь ей клитор.

- А, почему, мам?

- Ну, она возбуждается, теряет голову, специальные железки в вагине выделяют смазку и она готова.

- Готова к чему?

- Готова..готова , чтоб ее..выебли!

Толик продолжал покручивать двумя пальцами этот самый клитор и забавляться.

- Что, мамусик, ты уже готова к ебле?

- Да, Да!!!

- Ну, сейчас посмотрим!

Толик поместил указательные пальцы в отверстие маминого влагалища, слегка растянул его и заглянул туда. Там было все такое багрово-красное и влажно блестело. Наверное, мама не притворялась. Да и Толик был вполне готов. Он принес из прихожей невысокую скамейку. На ней было удобно переобуваться. Велел маме сдвинутся к краю стола так, чтобы попа чуть-чуть свисала. Встал на скамейку и деловито вставил член в маму. Мама тут же, отрывисто постанывая, так активно задвигала попой, что Толику отводилась скорее пассивная роль. Посматривая, как его член исчезает и появляется из маминой пизды, он заметил, что он быстро покрылся беловатой смазкой. В какой-то момент ощутил, как мамина вагина резко сузилось. Это сделало процесс ебли, для Толика, на порядок круче. Еще секунд тридцать он интенсивно загонял свой хуй в маму под самый корень и, наконец, обильно осеменил ее. Мама последний раз вскрикнула и очумело посмотрела на Толика.

- Сынок, а я и не знала, что это так здорово!

Надо же, подумал Толик, нежданно-негаданно доставил маме удовольствие! Вот, дура! Давно бы завела себе ебаря, а то дождалась, пока родной сынок не отодрал. Толика это развеселило. Хохотнув, он продолжил неторопливо доебывать ее. С каждым его толчком внутри мамы смачно хлюпало. Тут Толик заметил, что не снял перчатки. И был в них все время, пока ебал маму. Ладно! Он вытащил из нее свой хер.

- Так говоришь, мама, попка у тебя чистая?

- Да, сынок! И, вот еще что, чтобы тебе было удобнее…. Ну, ты так много в меня наспускал… Смочи свой пальчик в моей вагине, а потом…

Толик счел мамино предложение вполне разумным. Похвалил ее. Удивился тому, как приятно оказывается ощущать, как твой палец преодолевает сопротивление маминого ануса. Погрузив в маму весь палец, почувствовал, что за колечком ануса все было очень даже свободно.

- Ну, как тебе?

- Ой, Толик, так приятно, когда твой пальчик в попе!

- Так ты, мама, наверное пидорша…или пидораска. Да, если тебя еще в попку не ебли, значит ты сзади целка.

А, еще, я присваиваю тебе звание лучшей подстилки семьи Рыжиковых! Хочешь быть моим любимым половым ковриком?

- Ой, Толик, спасибо!

- А, ну-ка, повтори: кто ты такая?

- Я твоя любимая подстилка!

Толику понравилась мамино определение своего нынешнего семейного положения. Внезапно понял, что проголодался. Мама сказала, что сейчас быстренько что-нибудь приготовит, только сначала попросила у Толика разрешения сходить в душ.

После ужина Толика окончательно разморило. Слишком много событий для одного дня. Вероятно, его мальчиковый организм еще не приспособился к столь интенсивной половой жизни. Милостиво разрешив маме переночевать рядом с диваном на коврике, он завалился спать. Надо больше есть мяса и витаминов – подумал Толик и сладко заснул.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…..?

е-mail автора: franc-breus@rambler.ru