Точнее это она так думала. Но тете Ире мало было опустить соперницу, она хотела чтоб та сама опустилась. Немного посидев влагалищем на мягких маминых губах Ира нетерпеливо воскликнула:
— Ну! Лижи уже давай, сучка! — и сильно ущипнула маму за грудь, прямо за сосок.
Мама взвизгнула и протестующе замычала из под пышного черного треугольника на лобке Ирины.
— Ах так! Опять пререкаешься, мерзавка! — хохотнула тетя Ира, пересаживаясь лицом к маминым ногам.
— Повозражай мне теперь. — с издевкой сказала она полностью накрывая своимзадом мамину голову, так что мамины щеки полностью скрылись в трещине меж ее откормленных ягодиц, а нос погрузился в широкий анус Ирины.
Мама сначала просто лежала придавленная таким унизительным образом, но вскоре задыхаясь лихорадочно задергалась, задрыгала своими ногами, бессильно шлепая ладонями по попе тети Иры. Бесполезно — грузная тетя только злорадно посмеивалась над ее потугами, а ее гигантская жопа не сдвинулась даже на миллиметр — только слегка подрагивали ее половинки от слабеющих маминых шлепков.
— Теперь пoнялa кто тут главный?! — тётя припoднялa жoпу и пoсмoтрeлa на глотающую воздух маму. Та не в силах ничего ответить, только поспешно зaкивaлa гoлoвoй.
— Тогда высуни свой паршивый язык и начинай лизать!
— Ирочка, миленькая, не надо — я все поняла. Прости меня, я не могу так! — мама почти плакала под нависшей задницей жестокой тетки.
— Значит трандеть дни напролет ты можешь, а тут вдруг язык колом стал?! Живо начинай дрянь, а то хуже будет! — я увидел, как на этих словах возмущенная Ирина схватила мамины груди и сильно сжала их своими крепкими руками.
— Ириночка!... Не надо... Пожалуйста!... Умоляю... — мама уже не стесняясь рыдала в голос.
— Закрой пасть и начинай уже работать, тряпка. — холодно отвечала ей тетя Ира жестоко выкручивая белую плоть сисек.
— Вооот, вот так... Нализывай мне мою кисоньку, дрянь...
Видимо мама все же начала лизать пухлую мохнатку тети Иры потому что та слегка ослабила хватку на ее сиськах и теперь держала их как поводья, временами понукая мать словно кобылку сильно оттягивала ее вымя, возбужденно приговаривая:
— Шустрее языком работай...
— Тааак... А теперь засовывай его внутрь... Суй глубже, кому сказала! УУУхх... Хорошая лизунья... Хорооошая...
— Давай клитор еще пососи... Да нежнее, дура!... Отличнооо... Кааайффф...
Тетя Ира придерживаясь за покрасневшие вытянутые груди и активно двигая массивными окороками, будто заправская наездница раскачивая свои телеса скакала на мамином мокром от слез и выделений лице. Я же к тому моменту уже давно спустил плавки и вовсю наяривал свой набухший писюн. И вот тетка замедлила свои скачки и прикрыв глаза глухо застонала непроизвольно снова вдавливая толстой жопой мамину голову. К счастью ее взгляд вовремя прояснился, как только мамочка забилась от удушья.
— Шшшш... Тише, тише, лизушка — Ирина привстала и выпустив многострадальные груди успокаивающе погладила их.
— Хорошо постаралась, хорооошая подтирка. — елейно пропела она.
Мама после этих слов снова приглушенно захныкала в манду тети Иры, похоже она опять расплакалась.
Ирина устало опустилась на карачки над матерью еще сильнее прижимая ее своими телесами блаженно заулыбалась.
— Ну, рева-корова, показывай теперь лоханку свою, а то нечестно получается — на мою ты уже глазела. — тетка повелительно хлестнула ладонью по маминым ляжкам.
Видно было, что свое самолюбие она уже насытила и теперь ей хотелось просто поразвлечься со своей новой игрушкой.
Мама безропотно развела ножки и я узрел вторую за этот удивительный день женскую вагину.
Тетя Ира между тем моего благоговейного трепета не разделяла. Саркастически хмыкнув она грубо развела половые губы матери и начала резко натирать ее лоно.
— Аккуратная шмонька, но ничего — сейчас мы ее раздраконим.
— О, у нашей принцессы клитор как у шлюхи. — удивленно подметила Ирина.
В ответ мамочка задергалась, а ее всхлипы из плаксивых стали более протяжными.
— Так и знала, что ты потаскуха, а еще целку из себя строила. Тёчная шлюшка!
Мама вместо того чтобы возразить на эти неприличные обвинения теперь стонала без перерыва под задницей тети и ерзая тазом импульсивно напрягала свои ноги сжимая и разжимая их.
— Ну чего ты там мычишь, корова — лучше давай подчищай за собой, прошмандовка. — азартно сказала тетя Ира продолжая рукой терзать мамину вагину.
Видимо власть над сочным телом этой взрослой, старше нее женщины, нравилась ей не меньше чем ее же унижение.
И к моему удивлению моя всегда скромная и стеснительная мама без дальнейших понуканий тут же послушно заработала языком в толстой дырке тети Иры. Точнее, ее лица под нависшей жопой я не видел, но услышал быстрые чавкающие звуки будто большой котенок лакал из огромной лохани. Холодная усмешка скривила губы тети, когда к этому плямканью присоединилось влажное хлюпанье в пизде стонущей матери.
От всего этого зрелища и похотливой какофонии у меня в голове взорвался фейрверк эмоций и я уже не мог стоять спокойно... Должно быть женщины услышали шорох который воспроизводил я, так как Ирина тут же вскочила с необычайным для ее габаритов проворством..
Мама же так и осталась лежать в прострации, распахнув рот и конвульсивно подергивая ступнями.
— Вставай, дура! Хватит валяться, тут рядом кто-то есть. — с мягким шмяканьем она жестко пнула беспамятную маму по сиське отскочившей как футбольный мяч.
— Сейчас... Сейчас, Ириша... — мать мгновенно пришла в себя от такого бесцеремонного пендаля. Растерянно хлопая глазами женщина неуверенно попыталась встать на ноги.
— Куда, шлюшка?! А извиняться кто будет? — тетка за волосы одернула дрожащую мать, отчего та так и не успев подняться рухнула перед ней на колени.
— Так и стой. Никуда ты не пойдешь шалава, пока не попросишь прощения!
Секунду помедлив, мама тихим голосом проронила, склонив голову:
— Ирочка прости меня, я очень виновата...
Взгляд ее очистился и по всему было видно, что теперь она просто хочет чтобы все это поскорее закончилось.
— Ирина, — холодно поправила ее тетка.
— Что?... — не поняла мама, кротко бросив вопросительный взгляд на свою мучительницу.
— Давай, по-новой, как положено. И киску мою поцелуй. — безжалостно пояснила Ирина и выпятила свой живот вместе с темной мохнаткой в сторону коленопреклонной женщины.
— Ириночка, ну зачем ты так, родненькая?... Прошу тебя, не надо... — мама снова накуксилась, а в ее глазах навернулись слезы.
— Живо, я сказала! А то сейчас кто-нибудь придет и увидит какая тыдрянь!
Мама горько заплакала от бессилия перед этой тучной властной женщиной:
— Извинииитеее, Ирина — практически прорыдала сломленная мать, а потом всхлипывая подползла к тетке на коленях и страдальчески скривившись, закрыв глаза чмокнула дрожащими губами мясистую манду своей жестокой родственницы.
— Вoт умницa! Мoлoдeц! Немножко роток мы твой сегодня почистили. Нa пeрвый рaз дoстaтoчнo. — тётя грубо ногой oттoлкнулa голую жeнщину, опрокинув ее на спину вместе с взметнувшимися сиськами и начала одеваться.
— Чтo знaчит, «нa пeрвый рaз»? — с удивлением жалобно спрoсилa мaмa.
— Скоро узнаешь. — зловеще процедила тетя.
— Я тебя так воспитаю, стервоза — шелковая у меня ходить будешь. Сeгoдня тeбe мыть пoсуду! И зaвтрa тoжe! — бросила Ирина убитой матери.
Она победно зашагала с пляжа покачивая мощным задом, оставив плачущую женщину болтая распухшими грудями искать свои трусы.