Кто то раб — кто то господин

Категории: По принуждению Подчинение и унижение Экзекуция Минет

Хотел бы поделится одной историей о том как, обыкновенная жизнь может привратится в сущий ад, как нормальная супружеская пара становится объектом унижений и опущений в руках другово мужчины.

Мы молодая пара, ей 25, мне 26, женаты уже два года. Её зовут Вика, высокая брюнетка с весьма красивой фигурой, стройные ножки, упругая попка, симпотичное личико, вообщем мечта многих мужчин. Я Павел, тоже с хорошей фигурой, нравлюсь многим девушкам, а им виднее какие мужчины более привлекательные для них.

В нашей семейной жизни всё складывалось очень не плохо, мы любили друг друга, редко сорились, понимали с полу-слова. Детей пока небыло поэтому нас ничего не ограничивало, мы жили так как хотели — могли например вернутся домой с вечеринки и заниматся сексом прямо на пороге, медленно перебераясь на кровать, могли вообще неделю не приходить домой. В финансовом плане тоже небыло ограничений, я имел хороший бизнес и не плохо зарабатывал. Жили мы в загородном коттедже, отделанным по последниму пику моды. Также имели элитную квартиру в центре города, но там мы редко появлялись. Жизнь била ключем! Бизнес шел в гору, мы не в чем себе не отказывали, два раза в год ездили отдыхать, все было просто классно до определенного момента.

Как-то вечером, в очередной раз мы позно вернулись домой. Я за рулём своего новенького бмв, проехал на территорию нашего особняка. Ворота с дистанционным управлением закрылись за нами, я выключил фары, заглушил мотор, и вместе с Викой пошли в дом. На пороге нас ждала наша служанка — молоденькая девушка 20 лет, приехавшая в наш город на учебу и непоступив в ВУЗ отправилась искать работу. Она уже пол года работает и живет у нас в доме. Деньгами мы ее не обижали, платили хорошо, но вот только когда моя Вика куда-нибудь отлучалась, я сразу приступал к ее «воспитанию» и имел её везде где только можно! Она типичная провинциалка мечтающая о красивой жизни. Так приятно смотреть на ее униженные глаза, когда моя Вика ругает ее например за грязный пол или непостиранное бельё. Становится ясно что она мечтала совсем о другом, а не о том что бы работать в чужом доме служанкой и смотреть на то как другая девушка купается в роскоши и имеет всё.

Пройдя в дом служанка Катя, сняла с нас обувь и отправилась дальше по своим домашним делам. Мы с Викой прошли в гостинную где нас уже ждал готовый ужин. После трапезы я удалился в душ, после направился в свой кабинет осуществил пару звонков по работе. Кстати, голос моего менеджера показался мне взволнованным, но я не стал заострять на этом внимания — мало ли что! Покинув свой кабинет я направился в спальню.

Лежа в шикарной «королевской» кровати я думал как хорошо же всетаки жить! Я упивался своей молодостью, своим богатством... Эх... как замечательно! Одна любимая девушка принимает душ, после чего отдаст себя в мои объятья, вторая девушка — любовница служанка — тихо словно мышка доедает остатки ужина сидя в маленьком кухонном уголочке. И я господин всего этого! О да!!! В спальню зашла Вика, в очень красивом нижнем белье и веляя своими шикарными бедрами прыгнула ко мне в постель.

— Дорогой я хочу тебя!

С этими словами она начала страсно целовать меня. Через пару минут в спальню постучалась Катя.

— Виктория Александровна! Извените что побеспокоила вас, но я принесла фрукты и вино как вы просили!

— А нука иди сюда потаскуха! — Крикнула на нее Вика.

Катя в своей униформе: короткой юбочке, сарафанчике и чулочках, стояла возле нашего ложа и тупо смотрела себе под ноги.

— Я разьве не учила тебя чтобы ты смиренно ждала под дверью и не сувалась сюда?

— Учили Виктория Александровна! Простите меня!

Эта картина меня возбудила, мой член встал как кол и упёрся прямо в животик Вики. Одной рукой я начал гладить её киску медленно снимая круживные трусики.

— Дорогой подожди немного, сейчас я накажу эту суку и мы займемся с тобой сексом!

Встав с кровати, Вика подошла к Кате взяла её за волосы, оттащила в угол и опустила бедную служанку на колени. Это было чертовски возбуждающе, хоть мне и было немного жаль Катю, все равно я с интересом наблюдал как две самки делят свою «территорию». Пара звонких пощечин ласкали мой слух! Катя с унизительным голосом просила прощения и целовала Вике руки. Я начал ласкать свой возбудившийся член и не смел помешать столь интригующиму зрелищу.

— Будеш стоять тут на коленях всю ночь сучка! Поняла?

— Да Виктория Александровна, только не бейте! Пожалуйста! Захныкав произнесла Катя.

С видом победившей тигрицы Вика легла в кровать и набросилась на меня! Жадно схватив мой член начала его теребить. Словно голодная самка она жарко целовала меня. От возбуждения она вся стала мокрой.

— Дорогой возьми меня!!! Да да скорее! Я хочу тебя!!!

Вдруг страшный грохот наполнил комнату, окна начали сыпаться, сработала охранная сигнализация, в разбитое окно влетела дымовая граната. Через пять секунд вся спальня была полна ребятами в черных масках.

— Всем лежать это ОМОН!

Они сбросили с нас одеяло, один бугай схватил Вику за шею и поставил лицом к стене, второй бросил меня совершенно голово на пол. Третий подашел к служанке и поставил её к стене рядом с Викой! Еще двое побежали осматривать дом. Тот что стоял рядом с Викой начал раздвигать ей ноги Все шире и шире. Вика упорно сопративлялась, и за это получила по хребту с такой силой что опустилась на колени. Омоновец попытался поднять ее за волосы, но когда понял что перестарался с ударом оставил это дело. Я было хотел встать и помешать издевательству, но крепкий удар ботинком между ног охладил мой пыл. Еще через секунду в комнату вошел высокий молодой человек в штатской одежде.

— Что здесь происходит? Осмелелся спросить я!

Этот мужчина подашел ко мне, нагнулся, взял меня за волосы и подтянул к себе.

— Слушай меня внимательно сучёнок! Здесь все вопросы буду задовать я! А ты должен мне на них отвечать, быстро и чётко!

— Я должен знать кто вам дал право вламыватся сюда и творить беспредел?

— Ты чё такой непонятливый? Я сказал молчать сука!

Он ударил меня головой об пол и прижал её своим ботинком.

— Ты еще пожалееш что на свет родился чмо! Ребята увидите его!

За спиной защёлкнулись наручники, меня поставвили на ноги и повели на выход.

— Ребят дайте хоть одется! сказал я.

— А че ты стесняешся? Не стесняйся ты поедеш с мужиками, девочки отдельно, так что стеснятся нечего! Ахахаха! Пошел быстрее пока мы добрые, а то щас ползти заставим!!!

Я еще успел краем глаза заметить как он схватил за попку мою Вику. Меня бросили на пол микроавтобуса, совершенно без одежды. Я чувствовал такое унижение, что аж дыхание перехватило. Со мной никогда так не обходились.

Мы ехали примерно часа два, понять напровление движения было невозможно. Микроавтобус остановился, онин из ребят подашел ко мне, надел на голову чёрный непрозрачный пакет, поставил на ноги и куда-то повёл. Разгледеть что-нибудь из-за этого пакета было не возможно. Меня вели сначало по улице, потом завели в какое-то помещение. Затем я понял что меня ведут в подвал, под ногами оказался холодный, сырой бетон. Открыв замок на железной двери, омоновец бросил меня в камеру, снял наручники и пакет! Я увидел очень мрачную маленькую комнату, в ней небыло даже места куда можно сесть, кругом один бетон. В стене торчали железные петли, как в камере пыток. Вообщем угнетающая обстановка.

— Можно узнать куда меня привезли?

— Все вопросы будеш задовать своему хозяину!

— Какому еще хозяину? Я свободный человек у меня нет ни каких хозяев!

— Теперь есть!

С этими словами он вышел из камеры и закрыл за собой тяжелую дверь!

...

Я пытался вспомнить, где я мог провинится? Конечно мой бизнес и не совсем чистый, но не до такой же степени чтобы так...

Незнаю сколько я там сидел, но одна секунда казалась для меня вечностью! Было очень холодно, я хотел спать но не мог уснуть на холодном сыром полу. От незаконченного с Викой секса, силно болели яйца, но заниматся маструбацией в таком положении было слишком унизительно. Прижавшись к стенке и опустившись на колени, я всеже попытался заснуть.

Вот замок скрипнул и в камеру вошел тот самый молодой человек что был в моем доме. На вид ему было лет тридцать не больше, довольно хорошей комплекции. Его дорогой костюм подчеркивал состоятельность и шик! Мне совсем неловко было стоять перед ним на коленях, поэтому я попытался встать, но сразу был остановлен его строгим голосом.

— Стой на коленях!

— Что здесь происходит? На каких основаниях вы такое сотворили? Я буду жаловатся на вас! Вы идиоты! немедленно выпустите меня из этой камеры и отвезите домой!

Он подашел в плотную взял меня стоящего перед ним на коленях за волосы, ботинком раздвинул ноги и легким движением слегка ударил меж ног.

— Молчи стерва! Если ты не забыл здесь говорю я!

— Мне не ловко стоять на коленях, можно я встану?

— Теперь это твоя постоянная поза!

— В каком смысле? Вообще куда я попал, что это за отделение?

Он оташел на один шаг. И величественно посмотрел на меня.

— Слушай внимательно! Ты теперь ни кто, твой бизнес захвачен, твое имущество на мне, все банковские активы арестованы, даже твоя жизнь в моих руках! Можеш считать это рейдерским захватом, как угодно, но ты теперь ни кто!!!

— Кто вы вообще такой?

— Я тот перед кем ты будеш каждый день стоять на коленях и со слезами на глазах умолять чтобы я тебя не убивал. Машина с якобы твоим трупом и трупом твоей жены сегодня утром была сброшена с обрыва, все новости говорят об этом! Все твои документы и личные вещи сгорели вместе с машиной! Так что официально тебя уже нет в живых!

— Если это так, то почему вы и в правду нас не убили?

— Знаеш, я молодой, богатый, у меня есть все, деньги, уважение, тёлки сотнями... Но нет одного. Я давно мечтал завести себе рабов.

— Но я не хочу быть рабом!

— Кто тебя сучёнок спрашивать будет? Ты уже стоиш на коленях и при этом заявляеш что не будеш рабом? Предлагаю тебе по хорошему, самому согласится с этим и уже с сегодняшнего дня начнеш мне служить.

— Что за бред? Конечно я откажусь!

— В таком случае придется тебя ломать. Будеш сидеть в этой камере, без еды и воды, до тех пор пока сам не попросиш стать рабом.

— Скажите где моя Вика?

— Твоя Вика? Ахахах!!! Кстати девченка хороша! Быстро врубается что к чему!

— Что это значит?

Он снова подашел, сжал мне щёки и нагнулся.

— Это значит что из нее получится первоклассная блядь! Ты чмошник опять задаеш слишком много вопросов! Чтож будеш наказан!

Он с силой оттащил меня к стенке, просунул мои руки в железные петли, снял ремень и преступил к экзекуции. Было настолько унизительно что от всего происходящего начала кружится голова. Боль была ужасной, я начал просить его остановить наказание. Примерно после двадцати ударов, наступил такой момент когда мне стало все равно кем быть, даже рабом, только бы побыстрее закончилась эта порка.

— Прикратите пожалуйста, я готов быть рабом! Что нужно делать?

Тогда я мало понимал что значит быть рабом, мне казалось это не так плохо. Для меня стереотип раба был что-то типо человека работающего прислугой и ничего больше. Как потом выяснилось я сильно ошибался.

— Что ж, ты сам это сказал! Таким образом ты облегчил свою участь!

Скатываясь по стенке, я сгорал от стыда и боли, но ничего поделать не мог. В конце концов может, быть рабом это не так плохо — думал я.

Уже через минуту он тащил меня по своему подвалу, в душевую комнату. В этой комнате он облил холодной водой моё тело и вручил мне бритву с мылом. Он велел мне брится так, чтобы на всем теле не осталось не единного волоса. Руки тряслись от холода и изнемождения. Необошлось и без порезов. Вся процедура заняла минут пятнадцать. После этого он облил меня еще раз ледяной водой и потащил обратно в камеру.

— Но почему? Я ведь согласился с вашими условиями! Я не хочу обратно в камеру!

— Прежде чем ты выйдеш из моего подвала, я полностью превращу тебя в другово человека, выдрессерую, изуродую и заставлю выполнять любые приказы! Так чтобы тебя при желании ни кто не смог узнать! Если не будеш сопративлятся, ты ускориш свой выход от сюда.

С этими словами он вышел. Я остался в этой сыростью пропитанной комнате на едине сам с собой. Было сложно поверить в происходящее. Еще сутки назад я лежал в раскошном ложе с красоткой, а теперь совершенно голый и лысый стою на коленях перед другим мужчиной, умоляя о милости. Холодный бетон время от времени возвращал меня в реальность. Кожа зудела от раздрожения, задница горела огнем.

Через несколько часов он вернулся. С ним был еще один человек в очечках и с чемоданчиком. Как выяснилось это был мастер по тату и пирсингу. Он умело принялся за своё дело. Мне были проткнуты уши, нос, соски, на член надели обобое кольцо с цепочкой ведущий к яйцам. Таким образом если пенис возбуждался, была невыносимая боль и заниматся сексом было невозможно. На задницу нанесли татуировку где большими буквами было написано «РАБ». На лбу инициалы моего теперешнего хозяина «Д. К» Дмитрий Константинович. Шею заковали в железное кольцо, с петелькой для замка и поводка. Ошейник был слишком широким и слишком плотно сидел, головой крутить было сложно. Как следует поработав со мной пару часов, мастер ушел. Тело горело, местами появлялись крово-подтёки, пытаясь представиь себя со стороны я приходил в шок и ужас!!! Что со мной сделали? Зачто? Почему?

— Ну что как тебе такие изменения в жизни? Нравится?

— Не очень! — Сквозь боль сказал я.

— Ничего через пару дней все заживет! Как на собаке! Ахахах!!! Короче так, теперь будеш называть меня господином! Понял?

Мой разум понимал, что назвать его господином это будет последней точкой, тогда уже барьер личности и гордости будет сломлен и я навсегда потеряю самоуважение, но мое горящее тело и изнемажденное сознание заставило «это» сказать.

— Да господин! Я Понял вас!

— Хороший раб! Не думал что ты так быстро сломаешся! Слабак! За малейшую провинность будеш наказан, наказания будут разными их буду определять я! С этого момента ты должен при мне всегда стоять на коленях, твоя судьба будет полностью пренадлежать мне!

Он кинул на пол матрас и ушел. В комнате стало темно. Я упал на матрас и закрыл глаза. Горечь подкатившая к горлу мешала мне дышать. Было настолько унизительно, что хотелось сию минуту взорватся от позора. Я незнал смогу ли я вырватся из этого кашмара или нет.

Трудно сказать сколько прошло времени, но я уснул и даже выспался. Меня разбудил скрежет открывавшейся двери. В камеру зашел он, в руках был тюбик с кремом для тела. Подойдя ко мне он велел мне поднятся, затем нанес мне крем на все те места которые были проткнуты и оклеймлены. Ужасную боль и зуд сменила прохлада, его рука тчательно втирала остатки крема. Мне даже стало на мнгновение приятно и свежо, боль стихла.

— Ну как раб, лучше?

— Да господин, спосибо вам, мне намного лучше!

Я был поражен его добротой, в моей голове пронеслась мысль — что быть рабом это еще не конец! Да может я буду облачен в цепи, да меня будут унижать, но это не так плохо! Разум понимал, что во мне начили просыпатся инкстинкты ...

раба. В тоже время я знал, что с такой жизнью нельзя спокойно смирится. Как только я соглашусь со своим новым положением и приму его, так сразу привращусь в животное и обратной дороги не будет. Я ведь мужчина, а значит воин и если я признаю паражение и сдамся, другому мужчине, я навсегда подеряю инкстинкт быть первым. Тогда мне уже будет не нужно: ни красивых девушек, ни быстрых машин, а лишь только чтобы господин всегда кормил и не унижал. Такая унылая перкспектива меня не очень радовала, но внутренний голос говорил — попробуй тебе понравится!

— Я хочу воды господин!

Он принес мне миску с холодной водой и поставил на пол.

— Пей!

— Я не хочу пить из миски! Я же не собака!

— Запомни сука, если на твоей шее ошейник и ты стоиш на коленях, это как раз и значит что ты собака! Пей или я вылью тебе на голову!

Мне ничего не оставалось делать, пришлось уталить жажду хоть и таким унизительным путем.

— Ладно хватит мне тут с тобой сюсюкатся! Пора начинать воспитание! Для начала вот тебе распечатка с кодексом РАБА, здесь все что тебе нужно знать о своей новой жизни! На ее изучение даю ровно сутки, ты будеш должен всю ее пересказать!

Господин кинул стопочку листков А4 мне под ноги, вышел из комнаты не выключая свет.

Я начал просматривать. Начиналась она такими словами: Я раб. Моя жизнь и свобода полностью пренадлежат господину. Я раб и должен полностью подчинятся своему господину. Я раб и должен при виде господина падать на колени и опускать голову в низ. Я раб и не имею права говорить пока господин не прикажет. Я раб и я горжусь своим клеймом с именем господина.

Вообщем три листа подобного, унизительного текста, а в конце: Я раб, и моя девушка автоматически становится рабыней моего господина.

Последний пункт меня сильно смутил. Как же так? Ладно я дурак, лишился всего по глупости, но как же Вика? Она ведь ни в чем не виновата. Ооо нет! Вспомнив о Вике я пришел в ужас! Посмотрев на свой окальцованый член, меня охватил страх! Меня лишили моей слабости, как же я теперь буду общатся с девушками? Смирится с этим будет сложнее всего. Не смотря на это я начал усердно изучать данный материал. По ходу его изучения, становилось ясно что раб это не просто прислуга, как думал я раньше — раб это полное ничтожество.

Просидев в камере еще одну ночь, пошли уже третьи сутки моего заключения, было трудно поверить что так вообще бывает. За ночь я почти выучил кодекс раба, в голове звенела одна и таже фраза — Я РАБ! Я РАБ! И когда в камеру вошел господин, я бросился к нему с радосным криком... Я выучил! Но он отшвырнул меня в угол... Я опять допустил ошибку заговорив без разрешения господина. Сегодня я решил попробовать другую позицию и во всем подчинятся господину! Может быть так я быстрее выберусь из подвала? Он приказал пересказать ему весь кодекс. Быстро, четко и без единной ошибки я произнес весь унизительный текст.

— Чтож молодец! Я уж думал что придется устроить тебе порку за невыученное! Ладно вставай пойдем!

— Но господин, мне нельзя вставать при вас! Я могу только на коленях!

— Хаха, вижу ты и в правду не плохо освоился!

Он взял меня за ошейник и потащил в доль по корридору, затем по лестнеце наверх. Через минуту я очутился в сказочно красивом и дорогом доме. Оказовается все это время я сидел в подвале его раскошного особняка. Я немного остолбенел, увидев своё отражение в большом зеркале. По правде говоря я сам себя не узнал. Странное чувство посетило меня. Ведь ранше когда я жил богато, именно этого я и боялся больше всего. Вдруг вышла Катя. Уже не в униформе служанки, а в очень стильной домашней одежде, от ее вида я немного взбударажился. На коротеньком поводке за ней ползла моя Вика, совершенно голая с униженным видом. На лбу у Вики так же как и у меня были инициалы господина, а на заднице клеймо «ШЛЮХА». Выражение Викиных глаз при виде меня, было что то типо ужаса и страха в тоже время безисходность. Она явно не ожидала увидеть свою последнюю надежду закованную в ошейник и оклеймленную. Я тоже испытал шок от такой картины.

— Катя?! — Осмелился спросить её я.

— Не Катя, а Екатерина Сергеевна! Для тебя сучёнок я просто госпожа!

Я сразу догадался что к чему. Служанка Катя теперь не служанка, а девушка моего Господина. О нет, вот мы с Викой попали. Она же нас уничтожит за свои прошлые унижения.

Стервозной походочкой, Екатирина подашла комне. Взяв одной рукой за подбородок, другой стала наносить звонкие пощечины.

— Что тварь, нравится такая жизнь? Ничего, это только начало твоей рабской карьеры, я уверена ты достигнеш потрясающих высот! Ахах!!!

Этот смех навсегда останется в моей памяти, этот смех тем унизителнее что издаёт его тот человек, который пару суток назад был у меня в подчинении и покорно выполнял мои приказы. Эта девушка еще совсем недавно была моей служанкой и в коротенькой юбочке начищала мою обувь. Тепер я лишенный чести и достоинства терплю ее пощечины и наблюдаю за тем как она таскает мою любимую Вику на коротком поводке. К такой перемене ролей я был явно не готов.

Господин потащил меня дальше по корридору... Так началась моя рабская жизнь. Две недели я выполнял самую разную работу, мыл все что только можно — полы, машины, унитазы... Спал либо на пороге либо на улице посаженый на цепь. С Викой нам за все это время так и не удалось поговорить, госпожа Екатерина постоянно таскала её с собой. А когда наши господа уежали например в ресторан, то нас они садили в разные подвальные камеры. Таким образом ограничивали наше общение. Госпожа Екатерина, всячески угнетала нас, порой даже больше чем господин. За это время я научился жить по ее правилам и в буквальном смысле залез под каблук. Она оказалась не такой уж провинциальной простушкой как казалось мне раньше. Чтож теперь она получила то что хотела, шикарная жизнь, дорогие шмотки, клубы и т. д. И даже босса своего, тоесть меня, она опустила ниже плинтуса и своей острой шпилькой раздавила малейшую надежду на мою счастливую жизнь. Она лично настаяла на том чтобы, её инициалы были на наших с Викой лбах, рядом с инициалами господина. Порой она тварила с нами такие вещи, что унижение лилось через край, нередко после её выходок мы с Викой невыдерживали и рыдали. Например однажды, она заставила нас мыть свой новенький автомобиль, сама при этом ходила за нами с плёткой, и с видом грозной повелительницы стегала за малейшую пылинку. Или в очередной раз собравшись в клуб, приказывала вылизать её туфли до нереального блеска, я лизал правую, Вика левую, тот кто дольше возился, получал задание лизать подошву и затем вёз её на четвереньках до дверцы машины. Один раз я отказался лизать подошву и в наказание всю ночь катался в её багажнике, смиренно ожидая пока свецкая львица насладится всеми прелестями ночьной жизни и освободит своего безвольного раба.

С каждым днем я все больше терял надежду и свое достоинство, точнее сказать моё достоинство было предметом издевательства и унижения. Я уже не говорю об моральном и словестном унижении. В этом плане все рамки были сломаны, господа называли нас так как хотели, для них небыло ограничений. Они давели нас до полного подчинения и трепета. В нашей с Викой жизни наступил такой момент, когда упасть перед господами на колени и уткнуть свой взгляд в пол, казалось чем то обычным и вовсе не унизительным. А когда господин наказывал Вику, и меня заставлял счетать удары наносимые ремнем по ее попе, я лишь покорно произносил числа, а после экзекуции благодарил своего господина не смотря на Викины стоны. Так было в «кодексе раба» — Я раб и должен благодарить своего господина за то что он воспитывает мою девушку. Тех же условий требовала и Екатерина.

Всего что они с нами тварили, можно перечислять еще очень и очень долго, но кульминация их господства и нашего рабства ... наступила в один прекрасный вечер.

Однажды позним вечером наши господа как обычно вернулись с какой то тусовки. Я сидел в подвале, Вика на верху в доме готовила ужин к их приезду. Господин спустился за мной и выволок меня из подвала на мраморный пол гостинной комнаты и посадил под стол. Сами вместе с Екатериной приступили к ужину, Вика лишь поднасила им вино и смирно стояла как статуя ожидая приказаний. После трапезы мне приказали встать на колени возле их стульев и открыть рот, Вику тоже опустили на колени рядом со мной. Господа закурили по сигарете, а пепел стряхивали в наши рты. Господин стряхивал Вике, госпожа мне. Окурки затушили об наши стальные ошейники и заставили проглотить. Затем, встав из за стола они направились в джакузи. Наполнив ванну водой, они зажгли свечи, побрасали в воду лепестки роз и открыли бутылку шампанского. Вика наполнила их бокалы и встала в угол на колени где уже стоял я. Романтическая обстановка была везде. Мы с Викой частенько переглядывались пока наши господа отвлекались. Она то с досадой смотрела на мой окальцованный член, то со страсной улыбкой на мой оклеймленный лоб. В ответ она видела тоже самое с моей стороны! Вот мы снова вместе, пусть на нас ошейники и клеймо во весь лоб, мы как и прежде любим друг друга. Конечно мы понимали что вся прошлая жизнь уже бесконечно далеко и встать с колен нам уже вряд ли придётся. Однако наши чувства остались прежними. Это чувствовалось в нашем горячем дыхании, даже в метре друг от друга.

После купания Вика подала повелителям полатенца и нечайно задела Катину грудь. Ох какая звонкая пощечина досталась ей. Затем мы все в четвером отправились в спальню. Я предчувствовал что то необычное, так как наши господа еще ни разу не поступали подобным образом, всегда после ужина мы отправлялись по своим местам, а теперь в спальню да еще все вместе.

Подойдя к кровати господин поставил нас прямо перед собой и велел мне во весь голос пересказать кодекс раба. Его мощный член перед моим лицом, убил во мне всякую мотивацию к сопротивлению! И словно ошарашеный я начал пересказ унизительного кодекса.

Господин в метре от нас обнимал и целовал Екатерину. Моя речь явно пробуждала их страсть.

— Я раб. Моя жизнь и свобода полностью пренадлежат господину. Я раб и должен полностью подчинятся своему господину. Я раб и должен при виде господина падать на колени и опускать голову в низ. Я раб и не имею права говорить пока господин не прикажет. Я раб и я горжусь своим клеймом с именем господина и т. д.

Вика с была поражена моей покорностью и явно хотела заткнуть мне рот, чтобы неслышать этого позора. Вдруг господин развернулся к Вике и направил свой огромный член прямо ей в лицо.

— Соси шлюха! Сделай своему господину приятно! Пусть это видет твой ревнивец!

Вика немного засмущалась, ее глазки забегали, она смотрела то на господина, то на его член. Но после пары секунд смущений получила по лицу. Открыв рот она принялась делать ему миньет, да так профессианально что отличить эту картину от порно фильма было трудно.

— Видиш ублюдок твоей сучке нравится мой член! Скажу по секрету она уже не может без этого!

Вика покраснела.

В это время, Екатерина шагнула ко мне и двумя руками прижала мою голову к своей гладко выбритой киске.

— Давай холоп, сделай мне приятно!

Я начал нежно массировать её киску своим язычком, чувствовалась легкая дрож по ее телу. Ей определенно нравилось это. Мне и раньше приходилось делать ей куни, в виде наказаний за различные провинности, так что опыт у меня уже накопился. Тишину нарушало лишь чмоканье Викиных губ, она вошла во вкус, господин тихо стонал. Эта оргия длилась еще около двух минут, затем господин поднял Вику с колен, поставил раком на кожанное кресло.

— Быстро раб приготовь своему господину сучку.

— В каком смысле приготовить сучку? Я не понял господин!

— В том смысле что я её сейчас буду иметь в задницу, а ты своим языком должен все смазать, чтобы мой член входил как по маслу! Популярно объяснил?

— Да господин!

Я покорно начал выполнять его приказ. Само сознание того что я делаю, приводило меня в легкий шок. Господин в это время обнимая Екатерину, одной рукой гладил Викину попку. Потом поставил Катю рядом с Викой и так же загнул её в позу. Две девочки стояли рядышком, их тела пылали от возбуждения. Моя Вика явно знала что сейчас будет и начала подвиливать попкой, чтобы господин оприходовал ее первой. Господин немного оттащил меня назад.

— Немешайся под ногами! И пока я буду иметь сучек, ты будеш громко и четко пересказыват кодекс раба. Начинай!

Он вонзил свой член в Вике в анус, та эротично вскрикнула. Я начал свой унизительный пересказ, уже второй раз за вечер. Через некоторое время он занялся Катей. Так продолжалось еще несколько раз. Он менял их местами, ставил в разные позы. Я как мужчина, хоть и в ошейнике, чувствовал себя полным ничтожеством. На моих глазах трахали мою жену и любовницу, а я стоя на коленях пересказывал рабский текст, не смея пошевелится. Но настоящее унижение я познал когда он заставил меня слизывать сперму с его члена и с попок девушек. Когда я неумело облизывал его достоинство, Вика даже захихикала, словно подумала — Да дорогой это я умею лучше тебя!

— Смотри шлюха, как твой кабелек старается! Тебе нравится это? — Спросил он у Вики.

— Да господин! Мне нравится как вы воспитываете моего парня!

— А тебе пёс, нравится как я отымел твою клуху?

— Да господин... — Полный унижения и огорчения, произнес я.

— В твой кодекс добавился еще один пункт: Теперь всегда, после того как я позанимаюсь сексом с девушкой, ты будеш удостоин облизыванию моего аппарата! Хоть не забудеш вкус женщины! Ахаха!

Я знаю чего он этим самым хотел! Он хотел тем самым окончательно поломать мою честь и гордость! Ведь даже, стоять на коленях, носить ошейник и пересказывать кодекс РАБА, это не так унизительно, посравнению с тем когда мужчина чьи инициалы у тебя на лбу, имеет твою девушку в разных позах, кончает, а потом еще и в приказном тоне заставляет слизать языком его сперму и поблагодарить эа щедрость... Мол я вставил твоей тёлке, а ты еще мне спосибо скажи и член поцелуй. Это такое сильное унижение, что его вообще трудно описать словами. Если бы мне сейчас предложили выбор: десять лет носить ошейник, быть рабом и ничтожеством или один раз чужой парень при мне поимеет мою девицу, после заставит лизать его член. Я бы выбрал первое. Так как второе убивает всякое стремление быть самим собой. И если после первого еще можно встать на ноги и начать нормальную жизнь, то после второго, со сломаной психикой жить уже труднее. Но к сожалению такого выбора мне ни кто не предоставлял и поэтому приходится смиренно выполнять все что прикажит господин, даже если эти приказы полностью лишают достониства.

Он привел нас в подвал, бросил в угол как псов и посмотрел на Вику будто она шлюха которая достойно отработала свои копейки. Та в ответ смотрела на него словно кошка, эротично подползая к его ногам. Господин влепил ей пощечину и плюнул в лицо.

— Можеш даже не просить шалава! Я не сниму с твоего пидора кольцо!

Речь шла о кольце которое стягивало мой пенис и не довало заниматся сексом.

— Ну пожалуйста господин! Я умоляю вас снимите с него кольцо!

— Нет сука... Хотя если сделаеш мне такой миньет от которого я прямо сейчас кончу, то может быть сниму.

— Да господин! Вам понравится.

Моя Вика припала к его члену и принялась за работу. Она двигалась так эротично, будто танцевала за шестом, плюс начала скулить и стонать словно получает оргазм. Со стороны смотрелось очень проффесианально. Неужили это все ради меня?

Господину видно нравился Викин миньет, он закрыл глаза и ...

тоже начал стонать. Вдруг он кончил. Это было сышно по его дыханию и по чавканью Вики. Она повернулась ко мне лицом, вся её мордочка была в сперме, на губах явная улыбка, глазки загорелись.

— Ладно стерва, сосеш ты и правда хорошо! Я сниму с твоего муженька кольцо, но только на одну ночь! Больше не проси!

Он велел мне встать на ноги, одной рукой взял меня за яйца, второй проделал пару ловких движений. Немного боли и вот, я раскольцован!!! Теперь член может полноценно возбуждатся!!! Оказывается все просто. Но как я в далнейшем пробовал её снять, у меня не получалось.

— Скажи спосибо своей бляди! Она сегодня целый день за мной бегала просила тебя раскольцовать! Видно сильно хочет к тебе на кол! Этих баб хрен поймеш, нравятся какие то импотенты с отростками. Ладно разрешаю тебе немного побаловатся со своей сучкой!

Я молча упал на колени и опустил голову в низ. Ошарашеный его добрым поведением и боясь все ничайно испортить. В знак благодарности я был готов все ночь целовать ему ноги. Но это за меня уже сделала моя Вика.

Он оставил нас, закрыв железную дверь. Вся ночь была в нашем с Викой распоряжении. Я опять ощутил приятное чувство некой свободы. Мы совсем немного разговаривали, все остальное время занял жаркий секс! Мы как и прежде любили друг-друга, это выражалось в ласке и порывах нежности. Все было вроде классно, но одно мешало. Пропало чувство некой собственности. Я занимался сексом со своей девушкой и в тоже время чувствовал что она уже не моя. Еще унижал тот факт, что её влагалище стало значительно шире, господин видно как следует постарался. С другой стороны с этим фактом можно смирится.

— Дорогой я должна тебе кое-что сказать! Я почти свыклась с нашим новым положением. Конечно шок еще не прошел, но всеже! Меня сильно смущает то, что ты полностью потерял достоинство перед ним! Ты что не видиш в кого он тебя превращает и в кого уже превратил?

Мне было очень унизительно слышать такие слова от моей же девушки.

— Я конечно понимаю что положение безвыходное, но нужно держатся человеком. Мне уже много раз приходилось отсасывать ему член и крутить перед ним задом, ради того чтобы он не спустился к тебе в подвал и не отодрал как девку... Мне конечно как девушке не нужно это говорить, но когда я вижу как ты без всякой причины падаеш к его ногам и целуеш туфли, мне кажется что я простая беззащитная шалава, а мой парень уже половая тряпка перед ногами того человека который меня насилует...

— Может так оно и есть дорогая! Я чувствую тоже самое... Мне очень стыдно это тебе говорить, но я стал таким трусливым и когда я вижу господина, у меня срабатывает инкстинкт — Встать на колени. Я буквально цепенею когда он подходит ко мне и жду что он вот-вот что нибудь скажет в мое обвинение и начнет бить. Иногда нервы не выдерживают и я падаю к его туфлям.

— Дорогой но ты же знаеш чем это может кончится? Еще немного и он тебя окончательно сломает. Мне не охото видеть своего парня в виде опущенного щенка. Ты же еще мужчина, сохраняй хоть каплю достоинства!

— Слушай, похоже я и правда щенок... А настоящий мучина тот, который посадил меня в этот подвал, забрал все мне пренадлежащее и отымел мою жену! Сидя долгими ночами в темном подвале я ощутил его мужское влияние на себе. А свое мужское достоинство я потерял уже два раза. Первый раз когда он надел мне собачий ошейник, второй когда на моих глазах изнасиловал тебя. Похоже ты права, я щенок. Ведь если он сумел сделать так чтобы я стоял на коленях, если он сумел так, чтобы я называл его господином, если он сумел так, чтобы моя девушка была его служанкой и наконец сумел поставить свои иницыалы нам на лоб, значит мужчина он! А я так...

— Ну дорогой, что ты говориш? Ты будеш мне нравится мне всегда, даже стоя на коленях, даже с клеймом на лбу! Но раз уж разговор зашел о мужчинах, скажу что я тоже кое-что поняла. Вы делетесь на две группы: потенциальный раб и потенциальный господин, вас трудно отличить в повседневной жизни. Но когда дело доходит до того кто будет диктовать правила, потенциальный господин берет власть и загоняет в кабалу раба, после чего ставит его в полную зависимость предворительно лешив его всего. Тут самое главное чтобы раб остался без всех материальных благ, тогда раб буквально падает лицом в грязь, и начинает подчинятся господину. Ты конечно извени но наблюдать за этим сущий кайф!

— Вот значит как? Тогда скажи почему он еще лишил меня возможности заниматся сексом, зачем он надел мне на член цепочку с кольцом?

— А это милый мой, самая изюминка его господства над тобой! Лишив тебя секса, он лишил тебя чувства удволетворения, а для мужчины это чувство почти самое главное. Ты даже представить себе не можеш какой кайф он от этого получает. Сегодня когда ты лизал его член у нас с Катей на виду, я видела как горели его глаза, какое блаженство он испытывал. Я заметела в нем радостного самца, который всё и всех поимел.

— Вик! Ладно! А что происходит в конце, когда господин добивается всего что хотел?

— А тут как раз наступает самое сложное время для раба! Тут уже его судьба зависит от милости господина, рабу остается лишь умолять о пощаде. Скорее всего раба еще больше опустят. Я боюсь что он доведет тебя до такого состояния когда ты уже не сможеш вернутся к прежней жизни!

— Боюсь я уже в таком состоянии!

— Нет... Пока еще нет! Это будет тогда когда он соберет всех твоих друзей, подруг, всех тех кого ты знал, меня, и при них публично сделает то что делают с проститутками. Вот тогда все...

— Ладно. А что же будет с тобой Вик?

— Я теперь тоже полностю пренадлежу ему. Темболее что с таким клеймом на заднице, выше подзаборной шлюхи я не поднемусь. Если даже клеймо удастся когда нибудь вывести, то память не выведеш ни чем. Скорее я так и буду служанкой. Хорошо хоть сейчас не бъет, и то ладно.

— Как он еще и бил тебя?

— Да дорогой! Когда ты первые дни сидел в подвале я была его личной грушей. А когда я через три дня, со словами — Не бейте меня господин, упала к его ногам, он с тех пор больше не бил. Сказать честно я долго сопротивлялась ему, он даже не мог меня как следует отыметь, я то кричала, то царапалась. Но когда он вывел тебя из подвала, я пришла в шок и поняла что брыкатся безполезно... В тот же вечер я отдалась ему... А он в процессе насилования все говорил что ты теперь его пёс, что он сделает так что я и ты будем сосать его член. Он всячески старался доказать мне что ты ничтожество. Рассказывал как ты скулил, когда узнал что нас похитили, как ты набросился лизать его ноги когда понял кто в доме хозяин. А когда он кончил и его сперма текла по моему лицу, он заставил меня кричать во весь голос: МОЙ ПАРЕНЬ ВАШ ПЁС, А Я ВАША ШЛЮХА!!!

В ближайшую неделю я все больше и больше убеждался в Викиных словах. Он все силнее и силнее унижал меня, обращался со мной так, будто я его цепной пёс, наказывал так как хотел, всячески опускал при мне Вику, доказывая ей своё привосходство надо мной.

В конце концов он получил то что хотел. Из молодой пары мы превратились в его рабов, лишенные свободы и чести. Из всего этого я подвел итог, быть рабом и носить ошейник это ужас. Но быть рабом и смотреть на то как твоя девушка прислуживает, твоему господину это предельное унижение.

E-mail автора: pysia-alex@mail.ru